Аркадий Натанович Стругацкий (1925-1991) и Борис Натанович Стругацкий (р. 1933) - русские советские писатели-фантасты, соавторы, братья. Наиболее активно разрабатывали жанр социально-философской фантастики.

Мудрый Ворон

Вы знаете, у человечества есть по крайней мере два крупных недостатка. Во-первых, оно совершенно не способно созидать, не разрушая. А во-вторых, оно очень любит так называемые простые решения. Простые, прямые пути, которые оно почитает кратчайшими.

Аркадий Стругацкий и Борис Стругацкий, «Беспокойство»

Человек - нежнейшее, трепетнейшее существо, его так легко обидеть, разочаровать, морально убить. У них же не только разум. У него так называемая душа. И то, что хорошо и легко для разума, то может оказаться роковым для души.

Аркадий Стругацкий и Борис Стругацкий, «Беспокойство»

Да, воистину: самые убедительные наши победы мы одерживаем над воображаемым противником.

Аркадий Стругацкий и Борис Стругацкий, «Отягощенные Злом, или Сорок лет спустя»

...выигрывает вовсе не тот, кто умеет играть по всем правилам; выигрывает тот, кто умеет отказаться в нужный момент от всех правил, навязать игре свои правила, неизвестные противнику, а когда понадобится - отказаться и от них.

Аркадий Стругацкий и Борис Стругацкий, «Град обреченный»

...великие писатели тоже всегда брюзжат. Это их нормальное состояние, потому что они - это больная совесть общества, о которой само общество, может быть, даже и не подозревает.

Аркадий Стругацкий и Борис Стругацкий, «Град обреченный»

Впрочем, Харон, по-моему, и не ожидал ответа. При женщинах он сдерживался, и только сейчас я заметил, что он находится в состоянии почти болезненного возбуждения, в том самом состоянии, когда человек способен резко переходить от нервного смеха к нервному плачу, когда внутри у него кипит, и он испытывает неодолимую потребность излить это кипение в словах и поэтому говорит, говорит, говорит.

Аркадий Стругацкий и Борис Стругацкий, «Второе нашествие марсиан»

- Теперь я скажу вам, чего вы боитесь.

- Я боюсь тьмы.

- Темноты?

- Темноты тоже. В темноте мы во власти призраков. Но больше всего я боюсь тьмы, потому что во тьме все становятся одинаково серыми.

Аркадий Стругацкий и Борис Стругацкий, «Трудно быть богом»